понедельник, 24 июня 2013 г.

Промысел морской капусты в Японском море

Промысел морской капусты в Японском море

Доклад Я.Л. Семенова в заседании Общества Изучения Амурского края 20 ноября 1885 г.

Водоросль, называемая русскими морскою капустою, англичанами Seaweed (морская трава) а китайцами хайдай, добывается почти по всему побережью, как материка так и островов омываемых Японским морем и имеет сбыт в Китай, где лист этого растения идет в пищу. Таким образом промысел и дальнейшее его развитие в зависимости не только от количества зарослей на месте производства, но и требования на рынке сбыта поэтому настоящий доклад распадается на две главы: в первой мы разместим условия производства, во второй сбыта. Сообщаемыя сведения собраны мною в течении двадцатилетняго занятия этим промыслом у наших берегов и дополнены данными собранными Ю.И. Бринером во время его многократных посещений внутренняго Китая, Маньчжурии, - дополнения за которыя я приношу свою искреннюю благодарность. Затем я включил сюда выписки из отчетов китайской таможни, для добавления количества ввоза в Китай обсуждаемаго продукта.



Производство промысла

Прежде чем изложить производство промысла морской капусты, я считаю необходимым сказать несколько слов о самом растении.

Морская капуста есть водоросль представляющий куст длинных листьев, которые сходятся основаниями; корешки растения, в виде тонких нитей, обхватывают камни, или стелятся по каменистому дну моря. Цветения и плодов морской капусты я не видал, но наблюдал, что корни дают ростки, развивающиеся в самостоятельное растение, почему насаждения бывают весьма густыми. Новые листы вырастают из центра куста и подымаясь к поверхности моря, растилаются во все стороны симметрично, если морское течение не нарушает эту правильность направляя листья в одну сторону; так например я заметил у берегов о. Сахалина отклонение к северу.

В свежем виде лист имеет зеленобурый цвет. Подымаясь от корня стеблем, он расширяется в толстую мясистую лопасть и достигает 7 вершков ширины и до 45 футов длины, как я лично наблюдал неоднократно. Полного развития лист достигает на второй год, затем увядает. Такой отживший лист промышленники легко узнают по большим дырям в лопасти и мелким отверстиям, как бы от червоточины.

Морская капуста ростет исключительно на каменистом грунте и в особенности предпочитает каменные рифы. Для полнаго равития необходима известная глубина, начиная с отмелей в два фута, предел же наибольшей глубины вовсе не известен, почему я и ограничусь фактом, что при мне были подняты на якорь несколько листьев с глубины 9 сажень. При существующем способе промысла, как будет объяснено ниже, возможность его ограничивается 28 футами, и на этой глубине насаждения бывают весьма густы; на более мелких местах в урожайные годы плавающие на поверхности листья значительно затрудняют движение шлюпки.

Морская капуста встречается по всему побережью Японского моря, на промысел ограничивается к северу на материке бухтою Пластун (44 гр. 44 мин. 34 сек. с.ш.) (Промысел производился купцом Купером но ныне прекращен, после убийства манзами всех прикащиков и двух сыновей предпринимателя. Промысел этот может возобновиться вновь не иначе, как под охраною военнаго поста.) а на о. Сахалин рекой Ракумакой (47 гр. 0 мин. 30 сек.), далее к северу встречаются везде насаждения водоросли, но добыча невыгодна вследствие ненаселенности берега и дороговизны доставки, а на о. Сахалин по непригодности берега к промыслу, почему я не буду касаться северного района. Сравнивая качество капусты, добываемой в разных местах в указанных пределах, замечаются различия, по которым продукт делится на сорта разной стоимости.

Китайцы признают наибольшую ценность в товаре, когда листья растения имеют одинаковую толщину как в середине, так и по краям, также возможно большую длину и высушены так тащательно, что листья сохраняют свой зеленый цвет. В этом сорте лопасть листа плоская и гладкая; в свежем виде, при значительной мясистости, легко ломается, но высушенная приобретает гибкость и свертывается в связки. Менее ценятся такие листья, к которых края тоньше середины, почему лопасть листа не плоская, но краям толще и менее мясиста, а потому по окружности принимает волнообразную форму. Качество листа еще понижается, если цвет его имеет красноватый оттенок, как например замечается в бухте Стрелок, и наконец когда, вследствие неудовлетворительной сушки, поверхность листа покрыта присохшими песчинками или цвет изменился из нормального зеленаго в желтоватый.

Лучши сортом признаётся на китайском рынке японская капуста, как по породе листа, так по тщательности выделки, возможной лишь при дешевизне рабочих рук. Первым же сортом признается также отборная капуста, промышяемая на о. Сахалин, т.е. вовремя добытая и сохранившая зеленый цвет.

Во второй сорт поступают на о. Сахалине листья оставшиеся за отсортировкою перваго сорта т.е. куски разорванных, молодые еще неразвившиеся вполне и листья перестояшие и потому более грубые. Сюда же причисляется капуста второстепенного качества, но в лучших экземплярах. Последний сорт добывается у берегов материка.

Третий сорт, наконец, составляет капуста, оставшаяся за выделением втораго; сюда входят обрывки свежих листов, также водоросль красноватого цвета, отжившие и даже загнивающие уже листья. Наконец сюда входят и растения высушенные на песке, т.е. с приставшими к лопасти песчинками.

Обощая сказанное, мы заметим, что восточная часть Японского моря дает лучший продукт, чем западная. В последней же я отмечу еще интересный факт, что качество улучшается по мере удаления к северу; так промысел в заливе Св. Ольги дает более ценный товар, чем бухта Стрелок, и еще ниже стоит продукт добываемый у корейских берегов.

Здесь будет у места упомянуть о китайских названиях для каждого качества и возраста листа морской капусты: молодой еще не вполне выросший лист называется сайза свежий в полном развитии - тайза, перестоявший и потому грубый лабаньцза и наконец отживший называется лоди или удомендинь.

Выше упомянуто, что полное развитие листа наступает на второй год. Здесь я прибавлю что до истечения двух лет он увядает, обрывается и выбрасывается весною на берег, частью же опускается на дно. На том месте, где был снят сбор капусты, через год вырастают молодые растения, которые достигают полного развития в июне месяце, а позднею осенью листья уже негодны как товар. Вследствие такого условия призрастания при правильной постановке дела добыча капусты должна повториться на месте, не раньше 2 лет, тогда сбор не принесет ущерба промыслу в будущем. Действительно если ловить капусту правильно, то по моим наблюдениям урожаи всегда одинаковы, если не влияют другия еще не выясненныя условия, вследствие которых вообще капуста родится в иное лето плоше чем в другое, как можно убедиться даже на местах которых вовсе не касался промысел. В доказательство неоскудевания морской капусты в местах постояннаго но правильно-переодическаго лов, я приведу залив Св.Ольги. Когда я первый раз в 1861 году посетил промысла китайцев на о.Чихачев и в бухтах у Мраморнаго и Низменнаго мысов, я видел большие запасы готоваго продукта. При следующих моих посещениях, и в последний раз в 1884 году, я удостоверился, что количество капусты, извлеченной из тех же вод не уменьшилось.

Правильный промысел даже устраняет препятствия для роста капусты. При особенно обильном урожае отжившие листья ложатся на дно таким толстым слоем, что они препятствуют в следующем году развитию молодых порослей в ущерб сбору и это явление замечатется нередко в местах нетронутых промыслом. На мелких местах это неблагоприятное условие иногда устрается тем что или в осенния бури волны вырывают густые поросли и выбрасывают их на берег, или же в более позднее время года нагроможденный ветром лед срывает листья с корня и уносит их с собою при повышении воды.

Переходя теперь к самому производству промысла, я опишу все подробности работ на о. Сахалине, где на всем побережье добыча водоросли производится с 1878 года мною одним, чрез моего доверенного Демби. Изложив нормальный ход и все подробности производства, как оно организовано мною, я сделаю затем некоторые замечания об особенностях промысла на береге материка и Японии.

Местопребыванием главнаго распорядителя промысла служит местечко Маука, где находятся и склады предметов, необходимых для промысла. Район последнего захватывает берег к северу до Ракумака, к югу до мыса Крильона, всего на протяжении 85 миль. Пред началом промысла назначаются места лова и первою заботою отправленных туда рабочих является постройка шалашей как для людей, так и для продовольственных припасов и высушенной капусты. Затем следует приготовление места для сушки водоросли. Капуста высушивается солнечными лучами на открытом месте, для чего вынутое растение раскладывается на берегу. Но если положить его на траву, то в местах прикосновения к ней капуста загнивает раньше чем просушится почему первым условием является тщательное удаление всех растений с места назнаначенного для просушки. Но раскладывая листья на песке или черноземе нельзя устранить присыхание к лопасти песчинок а такая примесь, как уже было сказано, частиц земли уменьшает ценность товара. Таким образом необходимо для сушильни выбрать каменистый грунт, или же гальку, и стараться вырвать с корнем всю траву растущую между камнями, повторяя последнюю операцию по мере надобности, несколько раз в продолжения сезона работ. Выбор каменистаго места необходим еще в том отношении, что почва легче нагревается и этим способствует более быстрой и полной просушки листьев. Здесь замечу кстати что искуственная просушка в печах и других приспособлениях не окупается, при существующей цене товара.

 Промысел начинается в конце марта месяца, когда листья уже выросли на столько, что соответствует требованиям рынка, и до наступления времени переростания капусты, т.е. до половины июня месяца собиратся лучший сорт, затем, до осенних свежих погод продолжается сбор водоросли уже второго сотра, т.е. более грубый лист.

В каждый промысловый участок отправляется артель рабочих численностью соответственно местным удобством, и снабжается шлюпками, по одной на 2 или 3 рабочих. Эти суда строятся в Мауке по корейскому типу, но с уклонениями от употребительнаго во Владивостоке. Лодки эти имеют более узкую корму от 1 1/2 до 2 аршин, расширяются по средине до 2 1/2 аршин, но оканчиваются таким же острым носом; длина из 3 сажени. Все шлюпки плоскодонныя, вышиною по борту в 1 аршин, и подымают груза до 100 пудов. Построенные из досок, эти лодки выдерживают на морской волне и прибое не более трех навигаций, и каждый год ремонтируются.

Рабочие выходят в море небольше полуверсты от берега, выбирая тихую погоду, и даже легкую зыбь; при волне же промысел невозможен уже потому, что промышленник не может разсмотреть в воде растение. Промысел начинается с глубины 4 футов и оканчивается на 28 футах. Прибыв на место ловли рабочий бросает якорь и приступает к извлечению из воды морской капусты посредством следующаго снаряди. На шесте, длинною в 10 футов, в нижнем его конце вырезаны 4 жолоба, в которые вкладываются и привязываются четыре круглыя палочки длинною до 5 четвертей, эти палочки на половину выдаются передь шеста и таким образом образуется подобие вилы, с той разницею, что здесь зубья расположены не в одной плоскости, а по окружности круга. На верхнем конце шеста конце шеста укреплена рукоятка. Если длина шеста не достаточна, чтобы захватить растение у основания листа, а это желательно для сохранения его в целости, то к нему привязывают новое колено, но подъ условием, чтобы общая длина не превышала 28 футов так как иначе весьма трудно действовать таким снарядом. Этою предельною длиною и обусловливается граница промысла в море.

Рабочий опускает описанную вилу и захватывает палочками нижнюю часть листьев, затем рукояткою поворачивает шест, наматывая таким образом растенье и вытягивает его на лодку. Нередко вместе с растением вынимается из воды камень к которому прикреплены корнями один или несколько листьев; тогда рабочий обрубает и выбрасывает за борт камень с корнями и стеблями листов, выбирая в шлюпку лишь годный продукт. Такой выброшенный корень, как было многократно замечено, не теряет своей производительной силы и пускает ростки. Если место мелкое, т.е. 4-5 футов то вилка заменяется искревленным ножем, которым обрезывается растение под корень и листья вытаскиваются руками. Такая манипуляция повторяется до полной нагрузки шлюпки, которая иногда перемещается несколько раз, после чего рабочий возвращается к берегу, вблизи места сушки. Здесь его ожидают товарищи, которые помогают при выгрузке. По окончаниия этой работы шлюпка уходит опять в море и в течении дня успевает нагрузиться до четырех раз. Оставшиеся рабочие приступают к раскладке собранных листьев для просушки на камнях или дресне, возмжно правильными рядами.

Для достаточной просушки водоросли, требуется 3 ясных солнечных дня; роса, сильные туманы и особенно дождь весьма вредно действуют на растение, способствую весьма быстрому гниению. Для устранения таких пагубных влияний в ненастные дни и неприменно всякий вечер перед появлением росы непросушившиеся листья складываются в кучи, которыя накрываются циновками сплетенными из травы. Несмотря на такия предосторожности, при продолжительности ненастных дней капуста загнивает и ее выбрасывают. Если промысел производится в ненастную погоду, то груз шлюпки складывается в мелком месте в воде, так чтобы все листья были ею покрыты, тогда без ущерба продукту его можно сохранять несколько дней, в ожидании ясной погоды.

Высохшая морская капуста складывается в особо для того устроенные балаганы. В дождливыя или бурныя погоды, когда останавливается промысел в море, артель рабочих занята в балаганах распределением листьев по сортам и и связыванием их в связки, весом в половину пикля (1 п. 33 ф.) (Пикуль равен 147 русским фунтам), причем лист втораго сорта изгибают и свертывают так, что образуется связка примерно в один аршин длины и около 1 фута в диаметре. Листья перваго сорта режутся на части, длиною до 1 1/2 аршин, и связываются в пачки тех размеров и тем же способом. Пачки сжимаются туго перевязываются теми же капустными листьями и в этом виде поступают на рынок.

Под каждый бунт устраивается насыпь окопанная канавкою для устранения влияния почвенной влаги и происходящаго от нея гниения. Связки складываются правильными пирамидами укрываются циновками; такой бунт может простоять, без ущерба товару около года. Здесь кстати заметить, что употребительная просушка настолько неполная, что при хранении в бунтах и прочных складах, товар усыхает в один год до 20 процент.

Для производства промысла казалось бы самым удобным нанимать соседних аинов, но население это на всем протяжения моих промыслов, весьма редко и кроме того эти инородцы предпочитают привычное им рыболовство и охоту, почему они нанимаются только во время прихода судов для погрузки. Неимение на месте рабочих рук вынуждало меня, до 1884 года, ежегодно в апреле привозить из Владивостока маньчжур, китайцев и корейцев, а в сентябре месяце отправлять их обратно, причем перевозка в оба конца оплачивалась мною и не возмещалась из заработанных ими денег. В прошедшем же году все рабочие остались на зиму на о. Сахалине. Из названых трех племен самые способные к морскому промыслу и самые усердные - это маньчжуры из окрестностей Хунчуна, которые испокон века знакомы с морем и промыслами на нем. Всего менее пригодны корейцы, как по своему слабосилию, так и по лени. Китайцы составляют тип рабочаго, средний между теми и другими.

Расчет с рабочими задельный - т.е. каждая артель получает плату по количеству сданной сушеной капусты. Цена колеблется между 0,40 и 0,50 лана за пикль, или от 32 до 40 коп. за пуд. В счет этой платы входит и доставка товара с берега к борту судна, зафрахтованного для вывоза капусты. Если в связках будет найден песок или земля, то из зарабочей платы, по условию, я вправе вычитать 30 процентов. Продовольствие рабочие получают из моих складов в счет своего заработка. Самый расчет происходит по артелям на серебро, в местах приемки от них капусты, т.е. где находятся сложенные ими бунты. Количество самаго заработка в зависимости от привычки и усердия, и потому весьма различно. Всего более зарабатывают вообще маньчжуры, которые в течении сезона промышляют до 150 пикль на человека выручая до 225 рублей каждый; самый малый заработок причитается корейцам, промышляющим в среднем выводе 60 пикль т.е. до 90 руб на рабочаго; китайцы увозят сумму среднюю между выручкой тех и других.

Общий годовой сбор с моего промысла на Сахалине в средний урожай 60 000 пудов, или 16 326 пикль.

Вывоз капусты с о. Сахалина в Китай представляет существенныя затруднения, а потому и дороговизну фрахта. На западном берегу острова нет вовсе безопасных якорных стоянок за неимением удобных бухт. Поэтому на пространства 85 миль нагрузка должна происходить на рейдах совершенно открытых для волны и ветра. При начале промысла я фрахтовал парусников, на два из них разбились у берегов Сахалина и весь груз погиб; здесь же потерапела полное крушение принадлежащая мне шхуна "Алеут". Во избежание таких потерь я ныне посылаю параходы, которые, в виду риска плавания у берегов Сахалина и связанной с ним огромной страховой премии, берут очень значительный фрахт. Некоторыя компании вовсе не принимают страхования судов, идущих на Сахалин, другия берут премию до 2 процента т.е. увеличенную на 1/2 процента против премии за плавание во Владивосток; сообразно страхованию и самый фрахт различный. Из последняго порта в Чифу параходы берут за доставку 1 пикля от 20 до 25 центов, с моих же промыслов на острове от 30 до 35 центов. Более того, бывали случаи что парусныя суда были зафрахованы из Чифу во Владивосток и обратно за плату 20 центов с пикля в оба пути.

Если сгрупировать все, сказанное о капустном промысле на западном берегу о. Сахалина, то выдвинутся весьма неблагоприятныя условия, как дороговизна рабочих и вывоза продукта также остутствие удобных рейдов, и возбуждается вопрос, почему же я находу в этом выгоду? В ответ я обращаю внимание на следущия преимущества: хорошия качества водоросли дают более ценный товар, затем, распоряжаясь самостоятельно на протяжении 85 миль береговой полосы, я имею возможность вести правильный улов, вследствии чего урожаи всегда обильнее, чем на берегу материка, и рабочие промышляют боллее успешно, и наконец главное преимущество моего промысла, что при меридиональном направлении гористаго острова она дает хорошую защиту от господствующих летом юговосточных ветров, почему прибрежная полоса моря находится в затишье и волны не препятствуют ловле, посему рабочих дней на Сахалине несравненно более, чем на метерике, у берегов котораго почти постоянно ходит волна и буруны. Еще другая особенность места моего промысла увеличивает его достоинство, и именно: от скалистых берегов уходит в море много рифов, которые устраняют волнение и в тех случаях, когда ветер переходит в югозападный, почему промысел может продолжаться под защитою рифов и в свежую погоду.

Ознакомившись с условиями промысла на Сахалине, мы теперь перейдем к ловле капусты у берегов материка остонавливаясь только на ея осбенностях, сравнительно с добычею на острове

Весь обсуждаемый промысел в руках китайских купцов г. Хочуна, которые ежегодно высылают своих рабочих, примерно до 1000 человек, на русский берег от корейской границ до залива св. Владимира. Отправка происходит на промысловых лодках, которыя зимуют на берегу бух. Экспедиции, в китайской деревне Ханси, состовляющей морскую пристань Хунчуна. Большая часть судов, это лодки выдолбленыя из тополя, реже липы, и подымающия до 200 пудов, (во время промысла верхние борта снимаются) в редких случаях отправляют шаланды, грузовместимостью от 200 до 350 пудов. Часть рабочих уходит пешком, другие вербуются местными манзами и находят лодки на промысел.

Что касается личнаго состава промышленников, то большинство их состовляют маньчжуры - солдаты, люди которые из поколения в поколение занимаются морскими промыслами и живут исключительно ими, поэтому как рабочие, они самые способные и добывают капусты вдвое против китайцев.

Промысел на материковом берегу вовсе не регулирован, всякий ловит там где находит это выгодным, поэтому здесь нет правильного распределения по периодам вырастания капусты. С другой стороны как уже было сказано в западной полосе японского моря, растет морская капуста более низкаго качества имеющая на рынке малую ценность. При таких условиях вся выгода заключается в дешевизне продукта; поэтому здесь не брезгают не только отжившими листами, но опустившимися на дно и уже разлагающимися.

Дешевизне много способстует так же и то обстоятельство что расчет с рабочими происходит большею частью товарами, частью пищею и одеждою во время промысла, частью кредитом на эти предметы в лавках Хунчуна, в течении зимы. При расчете каждоый артели засчитываются приготовленное количество капусты, по цене какая устанавливается на рынке, когда определится урожай и спрос в Китае. Такое условие конечно возможно заключить только с людьми находящимися в большой зависимости от предпринимателя и действительно многолетний кредит давно обратил китайских рабочих в кабалу хунчунских купцев.

Условия вывоза на берег материка таже в весьма выгодных условиях. Приготовленная капуста отправлятся с места промысла, на шаландах, в удобныя гавани, преимущественно в залив св. Ольги, и Владивосток, где товар грузится на суда европейской конструкции для доставки в Китай. Удобства бухт дают возможность фрахтовать более дешевые парусныя суда, или параходы доставляшие товары во Владивосток, и неимеющие обратных грузов, т.е. при условиях когда фрахт сравнительно весьма умеренный, наконец часть морской капусты на шаландах отправлятся с промысла в деревню Ханси и оттуда гужем в Хунчун и далее через Нингуту и Гирин на рынки Маньчжурии.

Но есть следующая невыгодная сторона дела. Летом преобладают юговосточные ветра которые разводят волнение по всему протяжению берега и этим прекращают промысел в течении весьма большего числа рабочих дней. Как отзывается это обстоятельство на успешности дела видно из факта, что маньчжур работник, добывающий на Сахалине в течении лета до 150 пикль капусты, здесь изготовляет лишь 80 пиклей. Точное количество морской капусты, вывозимой с материка, трудно определить. Если товар, нагружаемый в Ольге и Владивостоке, уплачивает сбор за взвешивание на городских весах, по 1 к. с пуда, и потому подлежит учету, то морская капуста, вывозимая в Хунчун, не подвергается контролю. Кроме того возможны случаи отправки из бухт Преображения, Находки, Евстафия и других прямо в Китай, и эти грузы также остаются нам неизвестными. Из многих распросов я пришел к убеждению что наибольшее количество капусты вывозимой с берега материка можно принять в 44 000 пудов. Присоединяя сюда и промысел на о. Сахалине, все производство русскаго побережья можно принять до полумиллиона пудов.

Что касается ловли и приготовления морской капусты в Японии, то я не имею подробных сведений и ограничусь лишь немногими замечаниями.

Промысел производится по всему побережью, включая и 2 небольшие острова Ребунсири (Пик-де-Лангль) и Репсири, находяшиеся вблизи северной оконечности о. Iecco. При дешевизни рабочих рук в случае недостатка места, устанавливаются козлы из жердей, на которых развешивается лист для просушки. Таким путем получается лист без всякой примеси песка и земляных частиц и это качество, в связи с лучшею породою капусты, дает товар значительно большей стоимости чем морская капуста с русскаго побережья.

Благодаря дешевизне рабочих рук японские промышленники изготовляют некоторое количество капусты в том виде в каком она в Китай поступает в мелочной торг, т.е. лист разрезается на тонкия нити и высушивается. Этот сорт составляет уже ценный предмет вывоза.

II. Вывоз морской капусты и рынок сбыта

Если бы морская составляла существенную часть народнаго продовольствия в Китае, то 400 миллионное население империи представляло бы рынок поглощающий продукты нашего промысла, до какой бы степени развития он не дошел. К сожалению, морская капуста служит лишь приправою и даже не появляется на столе отдельным блюдом.

Капуста крошится длинными тонкими нитями и варится с рыбою или мясом преимущественно со свининою, реже обливается соею, поджаривается на угольях и подается как весьма пикантная закуска. Благодаря богатству содержания солей, морская капуста составляет любимую приправу в пище всех классов населения и потому охотно употребляется менее достаточными китайцами, как скоро средства их дозволяют расход на некоторыя излишества. Вот почему спрос на капусту растет в Китае в урожайные годы, года дешевизна главных потребностей дает возможность употребить экономию на улучшение пищи менее зажиточному классу, который в неурожайные годы терпит лишения и потому ограничивается лишь предметами первой необходимости.

Издавна Китай снабжается морскою капустою Япониею и побережьем, ныне составляющим русскую территорию. По словам хунчунских купцов маньчжуры с незапамятных времен промышляли водоросль вдоль берега материка от границы Кореи, до залива ныне названнаго именем св. Ольги, и доставляли на промысловых шлюпках на пристань Ханси. Отсюда товар гужем доставлялся в Хучунь, Нингуту, Гиринь, и далее на юг до Iнцзе на устье р. Ляо (ныне гавань Нючуана), здесь капусту непроданную в Маньчжурии нагружали на джонки и отправляли в Чифу и Тяньдзин. Этим путем, по тому же источнику, вывозилось до 1864 года от 80 до 100 тысяч связок или от 120 до 150 тысяч пудов.

В 1864 г. я купил от промышленников морскую капусту и отправил в Шангай на зафрахтованных европейских парусных судах, но этот первый опыт был неудачен. По незнанию рынка я доставил товар не требуемого качества и весь груз продал с убытком. Во время 3 меясчнаго пребывания в Шангае, я собрал необходимыя сведения и в следующем году отправленные мною 12 000 пикль в г. Чифу были проданы выгодно. В том же 1865 году отправили Хунчунские купцы морскую капусту, назначаемую в Чифу, Тянь-дзинь и Ньюучань, прямо из Владивостока морем, на европейских судах.

Одновременно приняли участие в этой торговле фирма Кунст и Альберс и торгующий во Владивостоке американец Смит. Последний, за счет европейской фирмы в Чифу, продолжал дело 3 года и оставил его вследствие убытков. Также причина побудила Кунста и Альберса оставить капустное дело вскоре после отказа Смита, и тогда обсуждаемая отрасль осталась в руках китайцев и моих. К тому времени я завел уже самостоятельный промысел у материкового берега, при посредстве китайских и маньчжурских рабочих, которых я снабжал, на принадлежащей мне парусной шхуне всем необходимым, привозя обратными рейсами во Владивосток приготовленную капусту. Но с удешевлением доставки в Китай морем, вместо сухопутной перевозки через Маньчжурию, цена товара понизилась и потому он получил большой сбыт, что в свою очередь увеличило наплыв китайцев на наши берега. Это последнее обстоятельство повело к хищническому производству, в ущерб качеству продукта, вследствие чего я нашел более выгодным перевести, в 1877 г., мою деятельность на берег о. Сахалина.

Причина почему иностранцы не нашли расчета в обсуждаемой отрасли торговли, зависит от следующих условий рынка.

Когда был установлен в Китайских гаванях таможенный тариф, то на ввозимую морскую капусту назначена пошлина без подразделения по сортам, следовательно независимо от выгоды сбыта. Японская капуста, более ценная по своим качествам, оплачивалась одинаковою пошлиною с русскою, поэтому конкуренция стала совершенно невозможною. Это обстоятельство выяснилось на первых же порах доставки капусты морем и купцы г. Владивосток возбудили ходотайство об изменения китайского тарифа и назначении на русскую капусту пошлины уменьшенной соразмерно ея цене, сравнительно с Японскою. Эта просьба повела к заключению, русским посланником в Пекин. Вла....галы с китайским правительством, конвенции 15/27 октября 1868 года, по которой пошлина с японской капусты оставлена, прежняя т.е. по 1 чину 5 фынов (30 к мет.) с одного пикля, а на русскую назначена 1 чин (20 коп. мет.)

Понижение пошлины уравновесило борьбу с японским продуктом, но еще более дало силы конкуренции китайцев. Уплачивая одинаковыя с ними фрахты и портовые сборы, европейские купцы должны вести несравненно большие расходы за склады и стархование хранящейся в них капусты и на очень большие коммиссионные проценты (от 2 1/2 до 5 процентов) установившиеся у европейских фирм в китайских портах. Сумма всех этих расходов так велика, что на хранение непроданной капусты в Шангае и Чифу в течении немногих месяцев, поглащается не только вся возможная прибыль от продажи товара, на даже не возвращается затраченный капитал. Необходимо также иметь в виду, что вся торговля с китайцами ведется иностранцами на наличные деньги, что затрудняет сделки. Совершенно в иных условиях оборот китайских купцов. Высылая из Чифу товары, в обмен на которые рабочие доставляют капусту, копец покрывает барышами часть или даже весь фрахт на доставку водоросля в Китай. Уплатив одинаковыя с европейцами портовыя пошлины, китайцы складывают капусту бунтами и укрывают их циновками (китайцы предпочитают этот способ хранению в каменных складах, где капуста подвергается порче легче, чем в открытом месте, где груз постянно обветривается), чем и сберегеют расходы, на каменные склады.

Китаец никогда не страхует склад от огня, поэтому страховая премия не ложится на цену товара. Продажу купец производит сам, если же и передает на комиссию, китайцу же, довольствующемуся половинным процентом против европейцев. Самая продажа происходит в кредит, на 1 и до 3 месяцев или же в обмен на товары. Так в Чифу главные покупщики морской капусты прибывают из внутренних провинций Чили, Шанси, Хонана и Шантунг с местными произведениями (чернослив, вермишель и др.) которыя они обыкновенно не продают за деньги, а непосредственно обменивают на произведения имеющия сбыт на внутренних рынках, в том числе и на морскую капусту. Полученные товары китаец продает или за деньги, или же в обмен на предметы потребности рабочих, которые в следующую навигацию поступают в новый оборот на нашем побережье. Наживая при каждом таком обмене китаец пользуется каждый раз незначительным процентом, и продавая дешево морскую капусту, на всем обороте имеет большую выгоду. Такая сложная операция совершенно невозможна для европейца, который никогда не достигнет требуемых обширных торговых связей внутри Китая, встречая везде известное дружное противодействие туземцев. Еще менее доступно европейцам сухопутное движение капусты через Хунчун в Маньчжурию, в которую ежегодно сбывается от 15 до 20 тысяч связок, т.е. от 22500 до 30000 пуд. (Здесь кстати упомянуть о провозной плате за доставку в Маньчжурию: от Ханси в Хунчун средняя цена 150 чох (или каш.) 15 к. за пачку, из Хунчуна до Нингуты 600 чох т.е. 60 к. причем на телегу укладывается от 50 до 70 пачек)

Из сказанного выясняется причина, почему европейцы не могли продолжать начатый вывоз капусты; остается только пояснить, почему я лично нахожу расчет а этой торговле. В течении 20 лет занимаясь промыслом, я успел изучить требования рынка и заручиться торговыми связями на нем, почему я своевременно получаю известия - какого качества, куда и каком количестве именно направить капусту. Другое преимущество моего предприятия то, что сахалинская капуста качеством немногим ниже японской и потому легко находит сбыт, по цене значительно выше, чем добываемая в Южно-Уссурийском крае. Например в 1879 г. была продана первая по 1,80 лана за пикль (1 р. 47 к. кред. за 1 пуд) вторая по 1,50 и 1,60 лана (за пуд от 1 р. 22 к. до 1 р. 30 коп. кредитных).

Лучшие сорта капусты требуются в Шангае, почему туда направляется почти вся японская и сахалинская; дешевые же все сорта и весьма небольшое количество высших идет в Чифу.

Цена капусты, и в связи с тем выгодность всего оборота, в прямой зависимтости, как от урожая хлебов в Китае, так и от обилия капусты поэтому урожай последней еще не обещает большой выгоды; иногда большие запасы, благодаря незначительности спроса, остаются в руках купцов и сгнивают. По тем же причинам цена товара подлежит большим колебаниям.

Для выяснения рынка в ежегодно изменяющихся условиях сбыта морской капусты ближе всего обратиться к статистическим данным; таковы издаваемые отчеты морской таможнни Китая и английских консулов (ежегодно побликуется: Reports on trade the treaty ports in China торговые отчеты наальников таможни в каждом порту и 2) Returns of trade at the traty ports статистические таблицы по всем оборотам по каждому порту). Оба издания дают материал для каждого порта отдельно, начиная с 1865 года, но в г. Владивосток я не найти все ежегодники, и только в библиотеке г. Буссе я нашел 4 тома статистических таблиц и торговые отчеты за 8 лет, которые не дают цепи цифр, почему почерпнутыя сведения не могли быть достаточно полны. К тому же из этих данных невозможно составить полныя таблицы ввозимой морской капусты, распределяя ее и ее цены по сортам для каждого порта по годам. Препятствие заключается в том, что обсуждаемый товар не представляет значительного оборота и не принадлежит к предметам сбыта Англии или конкурирующих с нею европейцев, почему англо-китайская, если можно так назвать, таможня поместила ее (Seaweed) в разряд разных предметов (Sundries) и оказывает к ней столь мало внимания, что в таблицах не всегда даже различают 2 сорта, хотя они оплачиваются разными пошлинами как было сказано выше. Мало того в общую цифру веса товара почти везде включен Agar-agar (в таблицах Seaweed and Agar-agar) т.е. водоросль, добываемая на Малакском полуострове. Не мало затруднений встречается еще и в том, что капуста доставленная в один из портов, перевозится в другие и что не во всех таблицах указано количество такого транзита (Re-expord) между тем товар показан вновь в статьях ввоза в этом вром порте. Например Тяндзинь и Нючуань получают русскую морскую капусту редко непосредственно из наших гаваней, обыкновенно же из Чифу; следовало бы в сведениях от торговле указать что ввезено, что вывезено в другия гавани; тогда разница указывала бы количество сбыта в Чифу. Между тем в таблицах для этой гавани мы находим только первую цифру, а в Тяндзине и Ньючуане значится на приходе и морская капуста полученная оттуда; другими словами одна и та же партия товара нередко показана приходом в 2 гаванях. Такое положение дел объясняется таможенными агентами недостаточностью контроля за джонками; многия из них, называя целью своего рейса одну из ближайших бухт, идут в отдаленный порт почему и невозможно точно определить цифру транзита в другия гавани.

Но если невозможно составить полныя таблицы, то все же данныя китайской таможни могуть дать некоторые общие выводы.

Главные центры рынка для морской капусты Шангай и Чифу, склады ея в первом порту, снабжают более южныя гавани и бассейны Янцзекиана, из Чифу же доставляется она в соседние провинции Тяньджинь и Нючуань, откуда препровождается внутрь страны.

Во всех таблицах ввоза в Шангай в одной статье соединены русская и японская морская капуста и водоросль агар-агар, с обозначением стоимости всего этого товара в одной сумме. Приводим таблицу собранных сведений.

Несмотря на пробел в 7 лет мы можем заключить 1) что спрос не водоросли ростет на рынке постепенно и довольно правильно, но остается невыясненным - относится ли это возрастание одинаково ко всем сортам, или же специально к одной из трех категорий, вошедших в общую цифру и, 2) что цена колеблется в пределах 1,54 теля за пикуль; если же не принимать во внимание исключительный 1872 год, то это колебание ограничивается 0,64 тэля. Средняя цена за 8 лет составляет 2,54 т., а за исключением 1872 года 2,39 т. за пикуль; поэтому среднею ценою, по 1882 год, можно признать стоимость пуда в 1 р. 45 коп. металл. считая курс в 1 р. 50 к., в кредитных 2 р. 17 1/2 к.

В 1879 г. цена по таможенным сведениям была 2,41 тель за пикль водоросля, посему стоимость пуда в 1 р. 46 к. металических или 2 р. 19 коп. кредитными. Если сравнить эту цену с тою, за какую в 1879 г. продана моя сахалинская капуста (как выше указано по 1 р. 47 коп.), то излишек в 72 к. кредитн. укажет, что на шангайский рынок поступают в преобладающем количестве наиболее ценные сорта, т.е. японская капуста и агар-агар.

Рынок Чифу имеет совершенно иной характер - здесь находять сбыт самые дешевые сорта (coarse). В статистических таблицах таможни этого порта русская и японская морская капуста показаны отдельно но к сожалению, только в редких случаях по имеющемуся материалу можно определить цены каждаго сорта, а зо много лет не определена вовсе стоимость водоросля.

 Haguautel 2 р. 22,8 коп. метал. 
Таблица составлена за период в 17 лет, и, не смотря на пропуск 2 сезонов, из нея можно сделать некторые выводы.

Количество ввоза подвержено большим колебаниям, но сравнивая сбыт русской и японской капусты за все года замечается повышение первой и понижение второй. Такой вывод сделается нагляднее, если вычислить среднее количество ввоза по периодам в несколько лет.

Ввоз капусты ежегодно в средних цифрах.


Объяснить колебания, находящиеся в зависимости, от урожаев капусты и экономических условий разных местностей в Китае, возможно было бы, имея цены на хлеб, существовавшия в разные годы, отдельно для каждой из провинций, входящих в район рынка Чифу, но таких данных я не мог собрать. Также темно и явление, почему более дорогая японская капуста сбывается ныне в меньшем количестве, чем в 1865 г; можно сделать лишь предположение, что или употребление морской капусты всего более распространняется в менее достаточных классах, или же китайцы нашли способ приготовлять для мелочной продажи низшие сорта капусты так хорошо, что они заменяют более ценную японскую водоросль.

При таком колеблящемся, но вообще повышающемся, количестве ввоза русской капусты в Чифу весьма трудно опредеоить ожидаемый сбыт в будущем, поэтому остается принять таковым среднюю цифру за последние 3 года, т.е. 94294,34 пикля или 346 000 пудов (точная цифра 346 529 п. 8 ф.).

Что касается цен обсуждаемого товара на рынке Чифу, то имеющийся у нас под руками отрывочный материал дает возможность только указать, что стоимость русской капусты приблизительно вдвое дешевле японской, и что цены колеблются в значительных пределах, т.е. русской между 1,01 до 1,50 тэлей, а японской, если не принимать в расчет исключительный 1869 год, между 2,22 и 2,73 тэля за пикль, что в стоимости пуда выразится для русской капусты колебанием на 26 1/2 коп. а для япоской на 28 коп.

В таможенных таблицах и отчетах находятся данныя о количестве ввоза водорослей во все гавани Китая, но, как было уже сказано, в эти цифры входят 3 сорта, поэтому определить точно, сколько доставляется русской капусты, совершенно не возможно. Цыфры, которыя мне удалось собрать из указанного источника, составляют следующую таблицу.

К сожалению на достают данныя за 1878 и 1879 г.г, которыя, может быть, объяснили бы быстрое повышение в 3 года с 253392 на 439984 пикля. Этот резкий переход еще заметнее, если взять цифры на несколько лет, а именно.

Из последней таблицы ясно постоянное повышение цифры ввоза, но объяснить это явление невозможно, не имея сведений об увеличения района и числа потребителей водоросли в Китае; можно только догадываться, что эти два элемента ростут из года в год. Отсутсвие сведений о количестве ввоза в Китай с Малакского полуострова агар-агар и из Японии морской капусты, и наконец точных сведений о количестве водоросли привозимаго китайцами с ..... берега - не позволяют сделать какое либо заключение о цифре русскаго продукта, потому остается только предположить, что все три сорта соразмерно учавствуют в увелечения требования рынка.

Если собрать все сведения настоящего доклада о количестве вывоза капусты из русских пределов, то окажется что Чифу сбыт определяется в 346 000 пудов, с моего промысла на Сахалине 60 000 п, вывоз китайцев в Тяньдзинь и др. гавани исключая Чифу надо считать около 65 000 п, и сухоптуно через Хунчун в Нингуту и дальше приблизительно 30 00 пудов, то общее количество русской капусты, сбываемое ежегодно в Китае, определяется с большою вероятностью в 500 000 пудов.

Стоимость всего вывоза русской капусты на китайском рынке определяется приблизительно в 667000 руб.

Что касается развития промысла и сбыта русской морской капусты в будущем, то с распространением района ея в Китае и увеличением числа потребителей, на что есть некоторыя данныя, как выяснено выше, можно надеяться на постепенное увеличение требований, а следовательно и на развитие самаго промысла, который легко может распространиться на север, как на берегу материка, так и острова Сахалина.

Я.Семенов.

Помещено в №№ 47 и 48 газеты "Владивосток".

Текст адаптирован (с сохранением орфографии и пунктуации) мной.
Оригинал документа на сайте
 Приморской краевой публичной библиотеки

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Вы можете вводить комментарий